Путь богов  - Александр Богатырев

Поэтому его не мог захватить кто-либо со стороны – это просто нереально.

А главное, девушка заверила в том, что веркомо конкретно ему, Брису, верят. Но все равно осадок на душе остался. Остаток стыда за своих шакалистых соотечественников перед теми, кто спас им жизнь.

Жизнь на звездолете, между тем, текла спокойно и обыденно. Сменялись вахты, экипаж занимался своими делами, не забывая попутно развлекать гостя. Причем развлекали не только веркомо, но и искин, к которому Брис притерпелся и в конце концов стал воспринимать как еще одного, пятого, члена экипажа. Даже симпатией проникся. За мягкий юмор и стремление ненавязчиво помочь.

Но вдруг, как-то внезапно, настало время расставаться. Брис знал, что после «мертвой зоны» до Биэлы примерно месяц хода с двумя корректировочными выходами в реальное пространство. Но и в этом звездолет веркомо превзошел его ожидания. Оказалось, что скорость у него раза в четыре выше, нежели у стандартного корабля Конфедерации.

Уже к концу седьмого дня капитан объявил, что скоро «Слон» выходит из гипера в окрестностях системы Биэлы. Брис тут же погрустнел. Ему очень понравились эти ребята. Жалко было расставаться. Тем, видимо, тоже, судя по тому, какой прощальный бал они закатили вечером. Даже Ийя присутствовала на нем, переложив на искина, как она выразилась, «последнюю рулежку» в спокойном гипере окрестностей Биэлы.

Было весело и немного грустно. Танцевали, веселились. Бриса даже какому-то странному танцу научили. Сказали, что очень древнему, давно позабытому. Под названием «танго». Он запомнил. Будет теперь, чем перед сокурсниками пофорсить, а может быть, и некий клуб организовать.

Больше всего на этом прощальном вечере его удивила Ийя, пригласив танцевать. Наверное, Брис получил бы меньше впечатлений, танцуя с реальной принцессой Герцогства Кьяна, нежели с этой, вчера еще казавшейся холодной и очень надменной девицей.

Оказалось, что под этой маской кроется не просто очень умный, но и очень эмоциональный человек. Жаль только, что эта черта открылась только под самый конец их знакомства.

А это был именно конец. Брис не строил иллюзий по поводу того, что они расстаются не навсегда. Как бы его не разубеждали вновь обретенные и, как теперь тоже было ясно, настоящие друзья.

Но больше всего его грызло осознание того, что он больше никогда не увидит Ти.

* * *

На следующее утро по корабельному расписанию звездолета «Слон» не выспавшийся от расстройства чувств Брис топал по шикарным коридорам по направлению к шлюзу в сопровождении всего экипажа. Было так грустно, что даже поразительной красоты картины на стенах и дизайн коридоров не могли разогнать его мрачного настроения. Он возвращался, как сейчас понял, в свой личный ад. Туда, где он просто вещь. Не человек. Туда, где его не ценят. А ведь любому человеку именно этого часто очень не хватает. И он понял это сейчас с особой пронзительностью.

Но вот уже шлюз перед грузовым отсеком, где до поры покоится «Звездный медведь». Все, как по команде, остановились и повернулись к Брису.

Капитан, понимая, что творится на душе у спасенного, сочувственно улыбался. Кер, как всегда, сохранял свое строго-каменное выражение лица. Только едва заметно наклонил голову. Ийя, давно потерявшая свою «королевскую холодность» в присутствии Бриса, смотрела на него слегка печально, и от этой ее легкой печали становилось почему-то еще более неуютно. Только у Ти было на лице слегка удивленное и озадаченное выражение. Как будто она до сих пор не поняла, что они больше никогда не увидят друг друга. И не хочет этого понимать, принимать.

Немного помолчали. Затем вперед вышел Лой. Видно, по традиции, первым прощаться – старшему по званию.

Он протянул руку Брису и крепко пожал.

– Ты летай, но оглядывайся, – сказал он. – Может, мы где-то поблизости. А если какой другой корабль наш встретишь – твою весточку обязательно передадут нам.

Следующим выступил Кер.

Он тоже крепко пожал руку и ободряюще хлопнул Бриса по плечу.

– Ну, чем могли – тем помогли. Теперь тебе – не оплошать. В следующий раз, когда на тебя нападут – не зевай. Сможешь отбиться.

Брис кивнул. Он действительно был уверен в том, что теперь точно отобьется. Если не так, как в той дикой потасовке отбился Гюннар, но, по крайней мере, хотя бы просто не позволит доводить себя до состояния «в реанимации».

Следующей была Ийя Орр.

Также царственно, она вышла вперед и поклонилась. В этом поклоне смешалось все – и собственное достоинство, и уважение к тому, кто перед ней стоит. Когда она подняла на него глаза, то в них стояла та самая строгость, которую, казалось бы, она не так и давно подрастеряла.

– Пообещай мне кое-что, – тихо сказала она.

– Я слушаю, – кивнув, выговорил Брис.

– Ты добрый. Ты человек. Оставь и сохрани в себе это. Не становись зверем, чего бы это тебе ни стоило.

У Бриса слова в глотке застряли. Стало еще более тоскливо.

Мало от кого такие слова услышишь. Такое могла сказать мать. И сказала бы. Обязательно. Она такая. Такое мог сказать и отец. Правда, чуть по-другому. Но смысл бы остался тем же.

– Обещаю! – твердо сказал он.

Ийя снова величественно отвесила поклон и, сцепив руки перед собой, шагнула назад.

Всех удивила Ти. Она вдруг подскочила к Брису и… поцеловала.

После сорвалась с места и убежала.

Ошеломленный юноша долго не мог собраться с мыслями. Однако ребята, которые его провожали, тоже смутились. Наконец, он поднял руку в прощальном жесте и сказал то, во что верил:

– До свидания!

* * *

Когда Брис шагнул за порог шлюза и увидел лежащего в колоссальном трюме «Звездного медведя», его словно пыльным мешком из-за угла прихлопнули.

Перед глазами всплыл образ «медведя»-Гюннара. Когда тот говорил ему:

«Совет. Если почувствуешь, что есть нечто важнее и лучше – уходи немедленно. Чтобы не жалеть. Об упущенных возможностях».

Брис даже споткнулся.

– Вот же ж черт! – выругался он и обернулся.

Люк, ведущий во внутренние помещения звездолета «Слон» уже закрылся. Брис снова посмотрел вперед, и идея возвращения на борт «Звездного медведя» ему еще больше разонравилась. Ведь, действительно, что его встретит там?

То же самое шакалье и придурки, озабоченные, как набить карманы баблом, как набить брюхо дешевым алкоголем, и как набить морду кому-то послабее их, чтобы не чувствовать себя совсем уж последней крысой.

«Может, стоит вернуться и попросить их позволить остаться с ними?» – мелькнуло в голове.

Юноша почему-то был уверен, что если бы попросил, то его бы приняли. Но снова появился страх. Между люком «Звездного медведя» и люком шлюза звездолета веркомо в нем проснулся, казалось, давно позабытый страх перед неизвестным. Перед «бешеными».